Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений

  • Список стихотворений про острова
  • Рейтинг стихотворений про острова


    Стихотворения русских поэтов про острова



    Курильские острова (Юрий Иосифович Визбор)

    Замотало нас невозможно, 
    Закрутило туда-сюда, 
    Оттоптали в ночи таежной 
    Забайкальские поезда. 
    
    А вообще-то все трын-трава, — 
    Здесь Курильские острова, 
    Что являют прекрасный вид 
    Бессердечности и любви. 
    
    Здесь дымит вулкан Тятя-яма. 
    Только черти и дураки 
    Не готовятся постоянно 
    Каждый час откинуть коньки. 
    
    Над вошедшим в гавань «японцем» 
    Пароходов несется крик, 
    Утро нас угощает солнцем, 
    Самолетами — материк. 
    
    Но сюда неизбежно манит 
    Это буйствие всех стихий, 
    И отсюда бредут в тумане 
    Наши песни и наши стихи. 
    
    Здесь не Рио и не Москва, 
    Здесь Курильские острова, 
    Что являют прекрасный вид 
    Бессердечности и любви.



    На Васильевском славном острове (Владимир Казимирович Шилейко)

    Здесь мне миров наобещают,
    Здесь каждый сильный мне знаком,—
    И небожители вещают
    Обыкновенным языком.
    
    Степенный бог проведать друга
    Приходит здесь: поклон, привет,—
    И подымаются в ответ
    Слова, как снеговая вьюга.

    1914


    На необитаемом острове (Игорь Северянин)

    Ни в жены, ни в любовницы, ни в сестры:
    Нет верности, нет страстности, нет дружбы.
    Я не хотел бы с ней попасть на остров
    Необитаемый: убила глушь бы.
    
    Когда любим и любишь, счастьем рая
    Глушь может стать. Но как любить такую?
    Как быть с ней вечно вместе, созерцая
    Не добрую и вместе с тем не злую?
    
    Вечерние меня пугали б тени,
    Не радовал бы и восход румяный.
    Предаст. Расстроит. Омрачит. Изменит.
    Раз нет мужчин, хотя бы с обезьяной.

    23 февраля 1932, Toila


    На островах Пасхи (Валерий Яковлевич Брюсов)

    Раздумье знахаря-заклинателя
    
    Лишь только закат над волнами
    Погаснет огнем запоздалым,
    Блуждаю один я меж вами,
    Брожу по рассеченным скалам.
    
    И вы, в стороне от дороги,
    Застывши на каменной груде,
    Стоите, недвижны и строги,
    Немые, громадные люди.
    
    Лица мне не видно в тумане,
    Но знаю, что страшно и строго.
    Шепчу я слова заклинаний,
    Молю неизвестного бога.
    
    И много тревожит вопросов:
    Кто создал семью великанов?
    Кто высек людей из утесов,
    Поставил их стражей туманов?
    
    Мы кто?- Жалкий род без названья!
    Добыча нам - малые рыбы!
    Не нам превращать в изваянья
    Камней твердогрудые глыбы!
    
    Иное - могучее племя
    Здесь грозно когда-то царило,
    Но скрыло бегучее время
    Все то, что свершилось, что было.
    
    О прошлом никто не споет нам.
    Но грозно, на каменной груде,
    Стоите, в молчаньи дремотном,
    Вы, страшные, древние люди!
    
    Храня океан и утесы,
    Вы немы навек, исполины!..
    О, если б на наши вопросы
    Вы дали ответ хоть единый!
    
    И только, когда над волнами
    Даль гаснет огнем запоздалым,
    Блуждаю один я меж вами,
    По древним, рассеченным скалам.

    15 января 1895


    На Островах (Игорь Северянин)

    В ландо моторном, в ландо шикарном
    Я проезжаю по Островам,
    Пьянея встречным лицом вульгарным
    Среди дам просто и - "этих" дам.
    
    Ах, в каждой "фее" искал я фею
    Когда-то раньше. Теперь не то.
    Но отчего же я огневею,
    Когда мелькает вблизи манто?
    
    Как безответно! Как безвопросно!
    Как гривуазно! Но всюду - боль!
    В аллеях сорно, в куртинах росно,
    И в каждом франте жив Рокамболь.
    
    И что тут прелесть? И что тут мерзость?
    Бесстыж и скорбен ночной пуант.
    Кому бы бросить наглее дерзость?
    Кому бы нежно поправить бант?

    Май 1911


    На Островах (Александр Александрович Блок)

    Вновь оснежённые колонны,
    Елагин мост и два огня.
    И голос женщины влюбленный.
    И хруст песка и храп коня.
    
    Две тени, слитых в поцелуе,
    Летят у полости саней.
    Но не таясь и не ревнуя,
    Я с этой новой - с пленной - с ней.
    
    Да, есть печальная услада
    В том, что любовь пройдет, как снег.
    О, разве, разве клясться надо
    В старинной верности навек?
    
    Нет, я не первую ласкаю
    И в строгой четкости моей
    Уже в покорность не играю
    И царств не требую у ней.
    
    Нет, с постоянством геометра
    Я числю каждый раз без слов
    Мосты, часовню, резкость ветра,
    Безлюдность низких островов.
    
    Я чту обряд: легко заправить
    Медвежью полость на лету,
    И, тонкий стан обняв, лукавить,
    И мчаться в снег и темноту.
    
    И помнить узкие ботинки,
    Влюбляясь в хладные меха...
    Ведь грудь моя на поединке
    Не встретит шпаги жениха...
    
    Ведь со свечой в тревоге давней
    Ее не ждет у двери мать...
    Ведь бедный муж за плотной ставней
    Ее не станет ревновать...
    
    Чем ночь прошедшая сияла,
    Чем настоящая зовет,
    Всё только - продолженье бала,
    Из света в сумрак переход...

    22 ноября 1909


    На острове (Иван Алексеевич Бунин)

    Люблю я наш обрыв, где дикою грядою
    Белеют стены скал, смотря на дальний юг.
    Где моря синего раскинут полукруг,
    Где кажется, что мир кончается водою,
    И дышится легко среди безбрежных вод.
    
    В веселый летний день, когда на солнце блещет
    Скалистый известняк и в каждый звонкий грот
    Зеленая вода хрустальной влагой плещет,
    Люблю я зной и ширь, и вольный небосвод,
    И острова пустынные высоты.
    
    Ласкают их ветры, и волны лижут их,
    А чайки зоркие заглядывают в гроты,—
    Косятся в чуткий мрак пещер береговых
    И вдруг, над белыми утесами взмывая,
    Сверкают крыльями в просторах голубых,
    Кого-то жалобно и звонко призывая.

    1901


    Остров (Алексей Степанович Хомяков)

    Остров пышный, остров чудный;
    Ты краса подлунной всей, 
    Лучший камень изумрудный
    В голубом венце морей!
    Грозный страж твоей работы, 
    Сокрушитель чуждых сил, 
    Вкруг тебя широко воды
    Океан седой разлил.
    Он бездонен и просторен, 
    И враждует он с землей;
    Но смиренен, но покорен, 
    Он любуется тобой;
    Для тебя он укрощает
    Свой неистовый набег
    И, ласкаясь, обнимает
    Твой белеющийся брег.
    
    Дочь любимая природы, 
    Благодатная земля!
    Как кипят твои народы, 
    Как цветут твои поля!
    Как державно  над волною
    Ходит твой широкий флаг!
    Как кроваво над землею
    Меч горит в твоих руках!
    Как светло венец науки
    Блещет над твоей главой!
    Как высоки песен звуки, 
    Миру брошенных тобой!
    Вся облита блеском злата, 
    Мыслью вся озарена, 
    Ты счастлива, ты  богата, 
    Ты роскошна,  ты сильна.
    И далекие державы, 
    Робко взор стремя к  тебе, 
    Ждут, какие вновь уставы
    Ты предпишешь их судьбе.
    Но за то, что ты лукава, 
    Но за то, что ты горда, 
    Что тебе мирская слава
    Выше божьева суда;
    Но за то, что церковь божью
    Святотатственной рукой
    Приковала ты к подножью
    Власти суетной, земной...
    Для тебя, морей царица, 
    День придет - и близок он -
    Блеск твоей, злато, багряница -
    Все пройдет, минет как сон: 
    Гром в твоих руках остынет, 
    Перестанет меч сверкать, 
    И сынов твоих покинет
    Мысли ясной благодать.
    И забыв твой флаг державный, 
    Вновь свободна и грозна, 
    Заиграет своенравно
    Моря шумная волна.
    
    И другой стране смиренной, 
    Полной веры и чудес, 
    Бог отдаст судьбу вселенной, 
    Гром земли и глас небес.

    [1836]


    Остров (Владимир Григорьевич Бенедиктов)

    Плывут мореходцы - и вдруг озадачен
    Их взор выступающим краем земли;
    Подъехали: остров! - Но он не означен
    На карте; они этот остров нашли,
    Открыли; - и в их он владенье по праву
    Поступит, усилит страны их державу.
    
    Пристали: там бездна природы красот,
    Еще не страдавших от силы воинской, -
    Жемчужные горы! Лесами встает
    Из гротов коралловых мох исполинской.
    Какие растенья! Какие цветы!
    Таких еще, смертный, не видывал ты.
    
    Там почва долин и цветных междугорий
    Вся сшита из жизни, отжившей едва, -
    Из раковин чудных, из масс инфузорий;
    Вглядишься в пылинку: пылинка жива;
    К цветку ль - великану прохожий нагнулся:
    Крылатый цветок мотыльком встрепенулся,
    
    Иль резвою птичкой, и птичка летит
    И звонко несется к небесным преддверьям,
    И луч всепалящего солнца скользит
    По радужным крыльям, по огненным перьям;
    Пришлец вдруг испуган извитой змеей:
    То стебель ползучий блеснул чешуей.
    
    И видно, как всходит, - и слышно, как дышит
    Там каждая травка и каждый лесок;
    Там дерево жизни ветвями колышет,
    И каплет из трещин живительный сок,
    И брызжет, - и тут же другое с ним рядом:
    То дерево жизни с убийственным ядом.
    
    И рад мореходец. "Хвала мне и честь! -
    Он мыслит. - Вот новость для нашего века -
    Земля неизвестная! Все на ней есть
    И - слава всевышнему! - нет человека!
    Еще здесь дороги себе на просек
    Мой ближний" - так мыслит и рад человек.
    
    "А если там дальше и водятся люди
    На острове этом прижмем дикарей!
    Заспорят: железо направим им в груди
    И сдвинем их глубже - в берлоги зверей,
    И выстрелы будут на вопль их ответом;
    Причем озарим их евангельским светом.
    
    Встречая здесь новые тени и свет,
    Потом пусть картины здесь пишет художник
    Трудится ученный, и тощий поэт,
    Беснуясь, восходит на шаткий треножник!
    Нам надобно дело: все прочее блажь.
    нам надо, во-первых, чтоб остров был наш.
    
    Мы срежем мохнатые леса опушки;
    здесь будет дорога; тут станет наш флот,
    Там выстроим крепость и выставим пушки, -
    И если отсюда сосед подойдет,
    Как силы его ни явились бы крепки,
    От вражьей армады останутся щепки
    
    Какую торговлю мы здесь заведем!
    Давай потом ездить и в даль и к соседям!
    Каких им диковин с собой навезем!
    С каким небывалом товарцем подъедем!
    Вот новая пряность Европе на пир!
    Вот новые яды! Пусть кушает мир!"
    
    Земля под ногами гостей шевелится,
    Кряхтит или охает: тягостен ей
    Под новым животным пришедшим селиться
    Средь выросших дико на персях у ней
    Животно-кристалов, Животно-растений,
    Полуминералов, полупрозябений.
    
    А гости мечтают: "Хозяева мы.
    Без нас - тут дремала пустая природа,
    И солнце без нас не умолило б тьмы,
    Без пошлин сияя, блестя без дохода,
    В бесплодном венце неразумных лучей.
    Что солнце, где нет человека очей?"
    
    Но прежде чем здесь пришлецы утвердились,
    Другого народа плывут корабли.
    Прибывшие в право владений вступились.
    У первых с последними споры пошли
    "Сей берег впервые не нам ли встречен?" -
    "Конечно, - да нами он прежде замечен".
    
    И вот - забелели еще паруса,
    И нации новой явились пришельцы:
    "Постойте! - приезжих гудят голоса, -
    По праву природы не мы ль здесь владельцы?
    В соседстве тут наша земля - материк.
    Оторванный лоскут ее здесь возник".
    
    В три царства пошли донесенья, как надо,
    Об острове чудном; проснулись дворы;
    Толкуют о найденном вновь Эльдорадо,
    Где золото прыщет из каждой горы;
    Волной красноречья хлестнули палаты,
    И тонкие скачут на съезд дипломаты.
    
    Съезжаются: сколько ума в головах!
    Какая премудрость у них в договорах!
    А там между тем в их родимых землях
    Готовятся флоты и пушки, и порох -
    На случай. Все было средь тех уже дней,
    Где эта премудрость казалась верней.
    
    Лишь древность седая, пленяясь витийством
    Речей плутоватых, им верить могла;
    А впрочем, и древле все тем же убийством,
    Войной нареченным, решались дела,
    И место давали губительным сценам
    Афины со Спартой и Рим с Карфагеном.
    
    И вот за пленительный остров борьба
    Как раз бы кровавым котлом закипела,
    Но страшное зло отвратила судьба,
    И лютая вспыхнуть война не успела:
    Тот остров плавучий под бурный разгул,
    Однажды средь яростных волн потонул,
    
    Иль, сорван могучим крылом урагана
    С подводной, его подпиравшей, скалы,
    Умчался в безвестную даль океана
    И скрылся навеки за тучами мглы;
    А там еще длились и толки и споры,
    Готовились пушки, и шли договоры.





    Всего стихотворений: 9



    Количество обращений к теме стихотворений: 3768





  • Последние стихотворения


    Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

    Русская поэзия